Теневые авторы (призраки) клинической науки [3] ПРОДОЛЖЕНИЕ
Маркетинговые исследования проводятся по препаратам, выпускаемым Большой
Фармой.
(http://www.genengnews.com/gen-articles/the-ghosts-of-medical-research/3289/)
Marc-Andre Gagnon, Ph.D. и Sergio Sismondo, Ph.D.
[Перевод: Ниязов Равиль Рашидович, Главный специалист сектора ведения
типовых клинико-фармакологических статей отдела унификации и обработки
данных центра документа оборота и унификации данных Научного центра
экспертизы средств медицинского применения Росздравнадзора; заочный
аспирант кафедры клинической фармакологии и фармакотерапии Казанской
ГМА]
Только факты
Проведенные в 2008 г. исследования показали, что фармацевтические компания систематически отказывались публиковать негативные исследования по собственным селективным ингибиторам обратного захвата серотонина (СИОЗС) - Прозаку (флуоксетин) и его аналогам. Из 74 клинических исследований 38 показали положительные исходы и 36 - отрицательные; 94% из всех положительных исследований были опубликованы, для отрицательных этот показатель составил 23%, при этом 2/3 из всех отрицательных исследований были завуалированы под положительные.
У врачей, читающих научную литературу, складывается искаженное восприятие выгод, которые дают СИОЗС. Это позволяет объяснить огромное количество назначений антидепрессантов, даже не смотря на тот факт, что согласно мета-анализу, опубликованному в Journal of the American Medical Association 6 января 2010 г., у 70% людей, принимающих СИОЗС, данные препараты не эффективнее плацебо. Однако по сравнению с последними СИОЗС могут вызывать тяжелые побочные эффекты.
Таким образом, мы видим одну из проблем теневого управления медицинской наукой и публикациями. Фармацевтические компании стараются улучшить информацию об их лекарственных средствах. Они разрабатывают, пишут и публикуют исследования, которые освещают их продукты с положительной стороны; существует огромное количество способов провернуть это. Теневые авторы иногда искажают истину, что иногда даже является мошенничеством с печальными последствиями.
Но если отрасль продает свою продукцию написанием тысяч научных статей в год, то общественность должна беспокоиться больше, чем только о мошенничестве. Такого рода исследования искажают сведения и являются скрытой рекламой конкретных лекарственных препаратов, поддерживают их с научной стороны и формируют повестку в диагностике и лечении заболеваний. Подписываясь под такими статьями, ученые оказывают медвежью услугу медицинской науке и обществу в целом, даже если они [ученые] твердо уверены в информации, содержащейся в этих публикациях.
Почему же ученые выступают авторами статей, которых они не писали и исследований, которых они не проводили? Они за это щедро вознаграждаются университетами или колледжами, в которых они работают. Объем вознаграждения зависит от объема и значимости публикаций. Фармацевтические компании могут поместить такие статьи в лучшие медицинские журналы, а армии их торговых представителей далее лишь усиливают ажиотаж вокруг этих публикаций среди клиницистов.
Исследователи, выступающие в качестве авторов полезных для фармацевтических компаний исследований и анализов (порой, корректных с научной точки зрения), ожидают, что эти публикации увеличат их престиж и влиятельность и, возможно, финансирование.
Что же происходит, если ученые публикуют исследования и анализы (также корректные с научной точки зрения), в которых излагаются сведения о бесполезности или вредности некоторых продуктов, например, негативные сообщения о Виоксе до начала скандала вокруг препарата? После ознакомления с внутренней перепиской компании Merck, которая стала доступна после начала судебных разбирательств, выяснилось, что компания формировала перечень <непокорных> исследователей, которых следовало <дискредитировать> или <нейтрализовать> - <находить и уничтожать на месте>, как пишется в электронной переписке. После публикации неутешительных результатов восемь исследователей из Стэнфорда заявили о получении угроз от компании Merck.
В опубликованном в феврале 2010 г. сообщении Комитет по финансам Сената США приводит похожую историю о компании GlaxoSmithKline, которая старалась преуменьшить риски препарата Авандия (росиглитазон) - средства для лечения сахарного диабета 2 типа. Компания GSK на протяжении ряда лет знала о сердечно-сосудистых рисках, которые возникают при приеме Авандии. Вместо того, что предупредить об этом общественность и FDA, <руководство компании начало запугивать независимых врачей и сконцентрировалось на стратегиях минимизации исследований, в которых сообщается о таких рисках>.
Корпоративная наука
В теневом управлении наукой и публикациями фармацевтическими компаниями мы получили новую модель науки. Это корпоративная наука, которая создается многими невидимыми работниками в маркетинговых целях и дискредитирует традиционную академическую науку. Высокие коммерческие ставки заставляют все взаимодействующие стороны в этой новой корпоративной науке находить причины участвовать, поддерживать и стабилизировать ее. Преувеличивая пользу и преуменьшая риски (иногда за счет прямого мошенничества), она также искажает академическую науку.
До тех пор пока финансирование медицинской науки находится в руках фармацевтических компаний, медицинское знание будет конструироваться избирательно, служа продвижению лекарств, а не улучшению здоровья. И до тех пока университеты пресмыкаются, добиваясь большего сотрудничества с этими компаниями, коррупция в научных исследованиях не прекратится.